| |
РИМЛЯНКА
Любить, гореть и с нею жить
И слышать здесь не наше слово.
Да как же быть, коль жизни сыть
Коснулась найденного крова.
И песни юга, и вино,
Уют и мягкие постели...
Меня тоска берет давно,
Мои мечты зашелестели.
Зачем Италия меня
Своей красой очаровала?
Зачем стране прекрасной я
Высоких чувств принес немало?
Горячий солнечный настой
Плывет долиною широкой.
И образ римлянки со мной --
Подруги смуглой, черноокой.
Она вплетает в косы-смоль
Мое встревоженное сердце.
И я в плену. Как режет боль!
Как много паприки и перца!
Мне горько. Вырваться хочу
Из чада страсти и соблазна.
Судьбе-бурлачке я кричу:
-- Тащи из тины невылазной!
Предмет раздумья, дум и снов --
Моя мадонна без короны.
Взамен пшеничных пирогов
Она мне варит макароны.
И нет привычных наших слов.
Я, только "прего" понимая,
С душою жаждущей готов
Послушать речь родного края.
Синьора, радио включи!
Возьми волну известной цели,
Чтоб белорусы-кривичи
Мне говорили и мне пели.
Услышу милое, свое --
Святые звуки нашей речи.
В иных условиях вдвоем
Делили б радостные встречи.
О, если б в житние поля
Ты выходила петь девчиной,
Обычай наш хранить могла,
Не изувеченный чужбиной!
А где мой дом -- живой родник?
И все осталось ли забатым?
Тропинку взять бы напрямик,
Идти и жить крестьянским бытом.
И тишина, души покой,
Березка, аист на болоте...
Я нынче, римлянка, с тобой,
А завтра -- я один, в заботе.
Скрывать я чувства не могу:
Чаруешь песней и в тепле я...
Но на моем родном лугу
Поют мне женщины милее.
И я им близкий, я им свой...
Ты только созданная сказкой.
Быть может, к старости седой
Нам разойтись с последней лаской.
(Пераклад аўтара, Рыгора Крушыны)
|